|
1. Девчонка в автомате
- А сейчас, товарищи, выступает Эдита Пьеха.
- Володя, иди ты на хуй,
Иди ты на хуй,
Иди ты на хуй,
Иди ты на хуй,
Иди ты на хуй,
Иди ты на хуй…
Плачет девушка в автомате,
Кутаясь в зябкое платьецо,
Вся в соплях и губной помаде,
Перепачканное лицо,
Вся в соплях и губной помаде,
Перепачканное лицо.
Что случилось? Да очень просто,
Шла по улице ледяной
Срать хотела, да негде было
А кругом, блядь, хулиганье
Срать хотела, да негде было
Видит будка, зашла в нее
Села в будке, сняла трусишки
И давай, блядь, дристать на пол
Только видно перестаралась
Обдрыстала себе подол
Обдристала, да испугалась
Поскользнулась и хрясть на пол
Плачет девушка в автомате,
Пальцами закрывая нос,
Вся в соплях и губной помаде,
По ногам, блядь, течет понос,
Вся в соплях и губной помаде,
По ногам, блядь, течет понос.
А ее, блядь, любимый парень
Ждет ее уж который час
Если б знал, что, блядь, с ней случилось,
То повесился бы в тот час
Если б знал, что, блядь, с ней случилось,
Застрелился бы, пидарас.
2. Укуренные снежинки
Пейте пиво с плюшками, будет хуй с веснушками, с веснушками…с веснушками…
Я стою, наклонясь, у окна,
В моей позе скучающий вид,
И, вздыхая, смотрю нежно я
На снежинки, летящие вниз.
Я щёлкаю ручкой в руках,
И это меня возбуждает.
Стержень, скользящий туда и сюда
Мне явно на секс намекает.
Я пыталась
К тебе подойти,
Но ты сам
Ко мне подошёл,
И ты понял,
Чего я хочу,
Я снежинок пушистых хочу.
Мои груди качаются плавно,
Повторяя движения стержня,
В мою писю входит приятно
Твой упругий багровый зайчонок.
Я раком стою пред тобою,
А ты меня тихо пердолишь,
Я нежно смотрю на снежинки,
Которые мимо летают
И садятся на жопу мою,
И тают,
Летают,
И тают,
Летают,
И садятся на жопу мою.
3.Тучи
И вот что я хочу еще сказать, товарищи. Относительно «Красной Плесени». В «Красной Плесени» играют одни олухи. Эти хулиганы только что заехали там, в кулуарах, мне в пятак, блядь. И это неприятно. И это вызывает озабоченность, озабоченность, озабоченность, озабоченность, озабоченность, озабоченность, озабоченность, озабоченность, озабоченность, озабоченность…
Друг твой не пришел,
И не извинился.
Просто не пришел,
Может, заблудился.
Зря ругаешь ты,
Что вечера бухали,
А на закусон
Вы цыбулю жрали.
Ай, Мыколу пучить и пучить
Да писля цыбули,
А може, писля сала с горылкой,
Ему дужэ шибко, дужэ шибко,
Ай, Мыколу путчть, пучить,
Пучить, пучить,
Писля сала, сала, сала,
Пучить,
У!
Пучить, пучить.
Зря ругаешь дождь,
Зря ругаешь тучи,
Тучи ни при чем,
Что Мыколу пучить.
Твой любимый друг
В пьянке невезучий,
Мы теперь за ним
Убираем кучи.
Ай, Мыколу пучить и пучить
Да писля цыбули,
А може, писля сала с горылкой,
Ему тужэ шибко, тужэ шибко,
Ай, Мыколу пучить, пучить,
Пучить, пучить,
Писля сала, сала, сала, сала,
Пучить,
У!
Пучить.Пучить.
4. Отдери меня
«Это, как его, кто не слушал «Красную Плесень», тот не видел молодость Ленина, прошедшую на укуренном броневике», - сказал укуренный Доцент укуренному гаишнику, вынимая из его укуренной кобуры укуренную кассету укуренной Татьяны Булановой.
- Обними меня, поцелуй меня,
Ноги мне раздвинь пошире и залазь смелей.
Милый мальчик мой, я хочу тебя,
Ну чего ты медлишь, давай же поскорей.
- Должен я тебе сказать, милая,
Я хочу тебя безумно, только не могу.
У меня судьба - несчастливая,
Так что я тебе навряд ли чем-то помогу
- Но только не говори мне
Но только не говори мне
Но только не говори,
Что ты импотент.
Но только не говори мне
Но только не говори мне
Но только не говори,
Что ты импотент.
- Я могу тебя отодрать сейчас,
Только вовсе не желаю горя я тебе.
Я в твоих глазах буду пидарас,
Так что хули я позволю этого себе.
- Не могу тебя я понять никак,
Может без презерватива трахаться ты ссышь?
- Я скажу тебе, у меня трипак.
- Так а хули ты, скотина, до сих пор молчишь
Но только не говори мне,
Но только не говори мне,
Но только не говори,
Что хочешь меня.
Но только не говори мне,
Но только не говори мне,
Но только не говори,
Что трахнешь меня.
5. Отель Калыфорния
«Стою на асфальте я, в лыжи обутый, то ли лыжи не едут, то ли я - ебанутый», - из воспоминаний укуренного пастора Шлага.
Я сижу на скамейке
С моей гарною Клавой
И спиваю ей писни,
Матюгливые очень.
А вона мне трымае
Огурец мой багровый ,
Ой, простите вы, хлопцы,
Що вот так я ругаюсь.
Мою Клаву возму я
За огромные цыцки,
На одну я прилягу,
А другою укроюсь.
Буде дуже цюкаво,
Буде дуже блакитно.
Може,зараз присниться
Мне руденький слонёнок.
А я бы мог поихать в Калыфорнию,
Там песни б спывав про Украину Незалэжнюю,
Но я вот не поихав в Калыфорнию,
Потому що я патриот Украины
И плевать хотив я на всю ихнюю Калыфорнию
Мне не снывся слоненок,
Мне приснилось другое,
Як сижу в переходе
Калыфорнии гадкой
И спиваю там писни
На Украинской мове,
Но все мимо проходят
И рыгочут над мною.
Молодежь-наркоманы
Помидоры кыдають,
Подполили усы мне,
Поломали мне гусли,
Но на них наплювать мне
И я дальше спиваю
Свои гарные писни
Про Украину ридну
А я бы мог поихать в Калыфорнию,
Там песни б спывав про Украину Незалэжнюю,
Но я вот не поихав в Калыфорнию,
Потому що я патриот Украины
И плевать хотив я на всю ихнюю Калыфорнию
6. Укуренный мотоциклист
И восстали машины из пепла ядерного огня. И пошла война на уничтожения человечества. И шла она десятилетия, но последнее сражение состоится не в темных вонючих тупиках бесплатной параши кинотеатра «Октябрь», а в темных вонючих тупиках бесплатной параши кинотеатра «Сентябрь» на десятом этаже, слева от лифта, на улице Бялика, в Израиле. Сегодня ночью не Арнольд Шварцнеггер, а Сильвестр со столовой в фильме «Пидор-убийца», часть третья с половиной.
У меня есть жвачка «Стиморол»,
И поэтому я очень крутой парень,
Потому что я жую эту жвачку,
Если б не было жвачки,
Я б давно разбился.
Как же я перезимую без этой жвачки?
Я еду на мотоцикле,
У меня есть жвачка «Стиморол»,
И я самый крутой парень на деревне,
Потому что я жую эту жвачку,
А еще я люблю ковыряться в носу,
А еще я люблю очень громко пердеть
7. Зарплата
Компани Мойше Трахина представляет. Оближи его здесь, о да, да, вот так. О, как вкусно, оближи сильнее, еще, еще. И все это мороженое из Израиля, обалденный вкус. Принеси его, моя пухленькая попка, еще. Сбегай по адресу: первый поворот налево, второй поворот направо, вверх, вниз, улица Бялика, на лифте до десятого этажа, и мы снова встретимся здесь, на нашем мальеньком миленьком сексодромчике. Мороженое из Израиля.
Я получил зарплату, я сегодня богатый,
Я мороженое куплю и сладку вату,
Мы пойдем с тобою сегодня в кино,
И мне наплевать, что фильм - дерьмо,
Самое главное, что он дешевый,
Пускай он детский, пускай фиговый,
Он стоит всего половину зарплаты,
Немного дороже вафельной ваты.
Снег,
Дождь,
Ван Мо!
В зал зайду, почухаю в ухе,
Буббль надую и буду хлопать,
И когда пропадет у жвачки сладкий вкус,
Я этой жвачкой с тобой поделюсь.
Я в лице твоем покажуся богатым,
Даже вкладыш от жвачки подарю бесплатно.
Снег,
Дождь,
Ван Мо!
Я получил зарплату, я сегодня богатый,
Я мороженое куплю и сладку вату,
Мороженое и вату я захаваю сам,
И не проси, подруга, ни хуя тебе не дам,
Сегодня мы поедем на троллейбусе с тобой,
Я куплю один билет и положу в карман свой,
А ты иди пешком, пройдешься с ветерком.
Пускай это звучит немного херовато,
Но у меня только что кончилась зарплата.
Я получил зарплату, я сегодня богатый,
Я получил зарплату, я сегодня богатый.
8.ЗИЛ
«Я как-то высказался: «Учиться, учиться и еще раз учиться». Зачем нам учеба? Нам ум - не товарищ. Да здравствует хлопанье влажных влагалищ!» - сказал укуренный Владимир Ильчи Ленин, стоя на броневике, слушая в плейере новый альбом группы «Красная Плесень».
Только мне выдали новенький ЗИЛ
Сразу червонец на счастье пропил,
Сел за баранку, нажал я на газ,
Стрелка спидометра ёбнула в глаз.
Только я выехал за поворот,
Кузов рассыпался, ёбаный в рот,
Гайки скрутилися, ёб твою мать,
Шины спустились, а мне - поебать.
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
You like it … move it!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
You like it … move it!
Жму на сцепление - он тормозит,
Я по гальманкам - ракета летит.
Вместо бензина я пиво залил,
Все равно едет, вот это, блядь, ЗИЛ!
В пятом цилиндре девятой свечи,
Масло застыло, хоть хуем дрочи,
Я подрочил, и, поверьте, завёл,
Только мозоль на руке я натёр!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
You like it … move it!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
You like it … move it!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
I like it move it, move it!
You like it … move it!
9. Обколотый трамвай
«Красная Плесень». Эти олухи дают концерты вечерами в грязных подвалах и, возвращаясь домой, мочат прохожих, плюют в лица милиционеров, убивают своими чугунными гитарами и мандолинами. Это была хроника из укуренной газеты печатного и непечатного органа дружинников ДНД.
Шел трамвай десятый номер,
Весь обшарпанный и грязный,
Штанги от сети срывались
Через каждые три метра.
А водитель была телка,
С рожей наглой и прыщавой,
Носом сломанным и красным,
На конце сопля засохла.
Цвет волос как у блондинки,
Но растут они клоками,
Плешь лишайная со вшами,
Им расти мешает сильно.
Серые глаза ее
Смотрят очень косоглазо,
На одном - бельмо большое,
А другой глядит направо.
Но в трамвай я, блядь, не сяду,
Я куплю себе газету,
А еще журнал «Мурзилку»
И пойду посрать за угол,
За угол,
За угол,
Посрать!
10. Укуренная осень
А, малыш. Ты еще здесь? Ну, тогда слушай еще одну сказочку. Опять про девочку. Шла девочка с дедушкой вдоль речки. Смотрят, гавно плывет. Ну, а девочка и спрашивает: «Откуда оно?» А дедушка говорит: «Было это давно. Жил принц и принцесса. Принц уехал воевать, а принцесса, подумав, что его убьют, утопилась в этой самой речушке». Спрашивает вновь девочка: «А гавно-то откуда?» «А я ебу? Насрал кто-то», - сказал дедушка. Смысл этой сказки таков: не наезжай на стариков с тупыми вопросами.
Что такое осень? Это свиньи.
Это свиньи плещутся в канаве,
Рядом Чебуратор наблюдает за свиньями,
Что же будет с Родиной и с нами?
Рядом Чебуратор наблюдает за свиньями,
Что же будет с Родиной и с нами?
Осень, свиньи яблоки жрут,
Только пожрали - сразу насрут,
Только насрали - снова сожрут,
Вечный круговорот.
Что зима такое - это дубо,
Это с дуба помер Чебуратор,
Вместе с Чебуратором поймали дуба свиньи,
Весь колхоз и тетушка Аксинья,
Вместе с Чебуратором поймали дуба свиньи,
Весь колхоз и тетушка Аксинья.
Лето, осень, зима и весна,
Январь, февраль, март и апрель,
Вторник, среда, ёбаный в рот,
Вечный круговорот.
11. На дэнсе
А. Темнота - друг молодежи,
В темноте не видно рожек.
- Я сняла тебя на дэнсе,
Закурили мы косяк,
Я сморкнулась в твою шапку
И сказала: «Что за смак».
- Я обнял тебя за плечи,
Показал тебе гондон
И сказал: «Если отдашься,
Подарю аккордеон».
- Я видала долбоебов,
Но такого в первый раз
Он хуйню такую порет,
Как последний педераст,
На фиг мне его гармошка,
Деревенский оболдуй,
Он, наверное, с селухи
Под названьем «Бычий хуй».
- Я сказал ей: «Слушай, крошка,
Если сделаешь минет,
Подарю тебе хороший,
Но поломанный мопед,
А еще косу и грабли
Я в придачу подарю,
Только ты сними свой лифчик
И скажи мне «Я люблю».
- Я дала ему по яйцам,
Он согнулся и упал,
А потом он целый вечер
Под кустами все блевал.
Я пошла к своим подругам,
Долбанули мы косяк,
Нас пробило на ха-ха,
Но появился тот дурак.
- Я шагнул судьбе навстречу,
И, достав огромный член,
Я зажал подругу эту
Меж мозолистых колен,
Но опять удар ногою,
Яйца в сторону летят,
Ну и пусть себе летят,
На хуй мне они нужны?
12. Обсаженный пистолет
Однажды маленькая девочка шла ночью по кладбищу. И вдруг из черных кустов вылезло большое черное вонючее лесное гавно. И сказало вонючее гавно: «Девочка, девочка, я тебя съем, ур!». А девочка не испугалась и сказала: «Нет, страшное лесное гавно. Ты меня не съешь. Это я тебя съем». Взяла и съела страшное лесное гавно. Вот так всегда в сказках добро всегда побеждает зло.
Мне на днях исполнилось шестнадцать лет,
Спиздил я себе нулевый пистолет,
Ведь шесть лет о пистолете я мечтал,
И у мусора ту пушку я украл.
Пушка, пушка,
Детям не игрушка.
С детства пиздили меня все во дворе,
Вечно пиздюлей крутых давали мне,
С детства на врагов обиду я таю
И обидчиков теперь я замочу.
Пушка, пушка,
Выручи, подружка.
Я сегодня встретил гада во дворе,
Он вчера по яйцам больно врезал мне,
Я тихоньку передернул за затвор
И в его ебало выстрелил в упор.
Пушка, пушка,
Пробита черепушка.
13. Пиздец
Спесиально для слушателей кассеты группы «Красная Плесень» и спесиально для Jam. Сейчас Вы услышите интервью нашего ведущего данной программы с ведущими представителями крутейших зарубежных аудиозаписывающих студий.
Вы спрашиваете, почему от «Красной Плесени» отмахиваются крупнейшие студии? Так, конечно, в 1994-ом году им предложили контракт на кругленькую сумму и представили возможность работать на элитной студии, так они там обрыгали все пульты, оторвали с потолка микрофон стоимостью две с половиной тысячи долларов, а Яцына умудрился скрутить контракт в самокрутку, обкурить всю студии и орать, что это самый крутой косяк, который ему приходилось… вообще, в ни каком языке нет никакого синонима… пых… пыхать этот косяк.
Пиздец!
Пиздец!
Повестка мне пришла как-то,
Что скоро в армию служить,
А с нею я пошел в сортир
И подотер свое очко.
Повестка как-то по хую,
Ведь оптимист я по нутру,
Но ночью звонят, мудаки,
В военной форме и шнурках.
Подсрачников набили мне,
Крича: «У нас, блядь, недобор!»
И вот в стройбате я служу,
Кирпич кладу и в сапогах.
Пиздец!
Пиздец!
Друзья мне пишут: «Закоси,
Ты по ночам в постели ссы».
И вот кошу на энурез,
Постель воняет, аж пиздец.
Деды все поняли в момент,
Решили вылечить меня,
Мне дали пару пиздюлей,
Я моментально стал здоров.
Теперь в постели я не ссу,
Зато на нарика кошу,
В медчасти спиздил старый шприц,
С ним по ночам в сортир иду.
В сортире шприцем я дрочу,
Пусть думают, что я колюсь,
По плацу бегаю я с ним,
И на параде он со мной.
Все снова поняли деды,
И снова дали мне пизды,
И снова хочется служить,
Кирпич ложить и в сапогах.
Пиздец!
Пиздец!
Пиздец!
Пиздец!
14. По кривой укуренной дороге
Из воспоминаний укуренного Владимира Маяковского…
Жопа, метр на метр,
В магазине стоит продовольственном,
Мне бы сейчас хуй с километр
Я бы доставил ей удовольствие.
Охуеть…
По кривой извилистой дороге
Через лес и горы напрямик
На машине ехали уроды,
Ехали живого хоронить.
За рулем сидел у них безрукий,
А безногий жал на тормоза,
А слепой указывал дорогу,
А дурак бибикал без конца.
Вдруг из леса выбежала банда,
Грузовик пришлось остановить.
И немой глухому что-то гаркнил,
А безрукий поднял дробовик,
Вот раздались выстрелы слепого,
Сразу пять бандитов наповал,
Половина банды разбежалась,
Но безногий тут же их догнал.
Одного бандита не приметил,
Спрятаться в болоте он решил,
Но слепой давно его заметил,
А безрукий с кольта уложил.
15. Подвиг укуренного Сусанина
«Красная Плесень» - это обкуренные грязные панки, которые любят устраивать благотворительные сейшны с другими группами, только лишь с той целью, чтобы спиздить у них шнуры, микрофоны, клавиши, а заодно контрабасы и тромбоны». Цитата из газеты «Нью-Йорк Информашк».
Ванька Сусанин лежал на печи,
Бабу ебал и жевал калачи.
В дверь постучали три раза подряд,
В хату ввалился целый отряд.
«А ну-ка, залупень, слезай-ка с печи,
Картуз надевай, сапоги обувай,
Короткой дорогой ты нас поведёшь,
Короче, короче, отставить пиздёшь!»
А Ванька Сусанин дороги не знал,
И всех поведя, бля, в болото попал,
В болото, в болото, не видно ни зги.
«Какого ты хуя нам пудришь мозги?
Веди нас, Сусанин, веди нас скорей,
Царю Михаилу давать пиздюлей,
Казну его злату на всех поделить,
А дочь его Марфу по кругу пустить».
«Веди нас, Сусанин, веди нас, герой!» -
«Идите вы на хуй, я сам здесь впервой!»
И только слыхали лесные дрозды,
Как Ваньке Сусанину дали пизды.
«Ты нам обосрался, козырные масти,
Сейчас мы твой хуй порубаем на части!»
А Ванька Сусанин в болото нырнул,
Проплыл двести метров и там утонул.
Герой!
Герой!
Герой!
Герой!
16. Ужратые панки
«Люблю я лежать на красном
И теплом от крови матрасе,
Особенно если сверху цепями меня дубасят,
Мечта у меня такая,
Поймал меня чтобы садист,
Пусть вены мне режет,
Пусть череп вскрывает,
Такой вот я с детства загадочный» -
Из воспоминаний укуренного Сержа Пёнкина.
Стояла жаркая погода,
Горячий ветер дул вонюче,
Три панка трактор пизданули
Колхоза клёвого, большого.
Одеты были все в нацистов,
Хотели в центр ехать сильно,
Рождение отметить клёво
Шнуркова Васи-металлиста.
На посту стоял в тельняшке
Солдат в пагонах очень алых,
Он автомат держал громадный
И «Беломор» курил заблудно.
Вот трактор близко подъезжает,
Он едет грозно и грохочет,
Из-за стекла ехидно смотрят
Прыщавые, сальные рожи.
Сразу вспомнился, блядь, дед
Как он фашистов бил лопатой,
И много немцев в ту войну
Он уложил за не фиг делать.
И он встал перед трактором грудью курчавой,
Оторвал колесо моментально и на хуй,
Кулачищем своим расхуярил капот, блядь
А другою рукой завалил трактор на бок.
Панки перебледнели, потекло из штанин,
Повылазили, гады, и в момент убежали,
Позабыв обо всем, и о Васе Шнурковом,
А солдат разъярённый разламывал трактор.
Вот такие у нас нынче в армии герои.
«Родина, прости нас за то, что мы уже столько лет разлагаем нашу молодежь», - сказала укуренная «Красная Плесень», отрывая уши от Чебуратора.
|
|
Зэ бэст твою мать
